Метки: Новая классика
|
19.12.2008 15:46:07
|
|
||
|
Прошедший год отчасти весь крутился вокруг Вонг Карвая. По крайней мере у нас в EMPIRE. Вышли его «Черничные ночи» в начале года, потом «Прах времен» (на оба фильма были рецензии, еще мы разбирали кинематографиста на части в рубрике «инфографика»). Кроме того его наследие переиздавали на DVD. Вот совсем недавно Criterion выпустил на блюрэе «Чункинский экспресс». Но в «Новую классику» мы включили «Ангелов», потому что это его лучший фильм после «Праха», это во-первых, а во-вторых, он (прямо как «Темный рыцарь») соответсвует главному настроению-2008: «мир никогда не будет прежним». Новая классика №7 ПАДШИЕ АНГЕЛЫПоследний гонконгский фильм режиссер Вонг Карвай снял 13 лет назадтекст: Владимир Захаров В ночь на 1 июля 1997 года в Гонконге президент КНР Цзян Цзэминь рассказал об «одной стране и двух системах», утром бывшая британская колония проснулась частью Китая, а кинематографический Гонконг, сказочный неоновый город, показанный в тысячах произведенных здесь же фильмов, перестал существовать. Поминки по нему лучший режиссер мегаполиса успел справить двумя годами раньше. «Падшие ангелы» с самого начала не были настоящим фильмом. Это третий эпизод «Чункинского экспресса» – задуманный, но оставленный на потом. «Экспресс», в свою очередь, был этюдом, сделанным всего за два месяца из чего придется: консервов, квартиры Кристофера Дойла, поп-звезды, полицейской фуражки, парика и тренчкота. Вонг Карвай снял эту мелочь, потому что в производстве его «настоящего фильма» – «Праха времени» – возник перерыв. Когда глубокомысленный фильм про кун-фу провалился в прокате, Вонг вернулся к небольшим формам. «Падшие ангелы» задумывались как легкий сиквел-пародия «Экспресса», но в итоге у гонконгского автора получился его самый грустный, переломный фильм. |
|||
|
Метки: Новая классика | Вонг Карвай | гонконгское кино
|
|||
|
17.12.2008 18:02:54
|
|
||
|
Вот новая классика про смерть из июньского номера. А колонку Дениса Горелова из EMPIRE 06-2008 мы уже публиковали в блоге тут.
Новая классика №6 ПРИКЛЮЧЕНИЯ БАРОНА МЮНХГАУЗЕНАВ каждом своем фильме режиссер Терри Гиллиам настойчиво предъявляет счет старухе с косой. За это его недолюбливают наверхутекст: Василий Степанов
А чего еще, собственно, можно было ожидать? Девятилетняя Сара Полли чуть не взорвалась во время съемок и плакала, бюджет рос, как сказочный богатырь, и чуть ли не удвоился за время производства (с двадцати пяти миллионов долларов до сорока шести), а в Columbia Pictures, финансировавшей всё это безобразие, тем временем сменилось руководство. Итог известен – потенциальный блокбастер о легендарном европейском вруне (роль барона сыграл Джон Невилл) выпустили, как какой-нибудь артхаус, всего на 117 экранах, на которых он все-таки умудрился заработать целых восемь миллионов. «Барон Мюнхгаузен» вошел в историю кино как пример абсолютного, стопроцентного, тотального, идеального провала – то есть полного несовпадения реального и ожидаемого. Первый привет Терри Гиллиаму от небесных сил, которые он так нелестно изображал еще в монти-пайтоновские времена. Такое впечатление, что палец сурового бородатого Бога действительно показался из-за туч и ткнул зарвавшегося уроженца Миннеаполисапод ребро. В будущем режиссеру еще не раз достанется от вышестоящего начальства – актер Рошфор «надорвет задницу» на печально известном «Дон Кихоте», а про «Доктора Парнассуса», наверно, и говорить не стоит. Но все это только в будущем, а пока «Барон Мюнхгаузен» – первый пинок судьбы. |
|||
|
Метки: Гиллиам | смерть | Новая классика
|
|||
|
17.12.2008 14:12:18
|
|
||
|
Вот еще немного новой классики. С того номера мы начали эти тексты подписывать, потому что они совсем не были рецензиями.
Новая классика №5 (EMPIRE 05-2008) МОЙ ЛИЧНЫЙ ШТАТ АЙДАХОКлассика гей-кино сегодня кажется пророческим рассказом о том, как Америка простилась с Европойтекст: Мария Кувшинова
Когда Гас Ван Сент снимал «Мой личный штат Айдахо», в природе уже существовали «Симпсоны», а Америка еще была связана с Европой узами смутного родства. Прошло семнадцать лет, и вот уже Умберто Эко, подмечая очевидное, предсказывает в своих эссе: ориентированные на Европу атлантические Нью-Йорк и Бостон скоро станут городами-музеями, вроде нынешней Венеции. Центр тяжести, экономический и культурный, перемещается на противоположный берег США – солнце теперь восходит и заходит в одном месте, из Тихого океана. Ругать Штаты, хвалить Штаты – это такой прошлый век, в борьбе за мир против бушизма берега сошлись в последний раз, чтобы отдрейфовать как можно дальше друг от друга. В веке новом Европе будет так же наплевать на Америку, как и Америке – на Европу. |
|||
|
Метки: Новая классика | Гас Ван Сент | гомосексуализм
|
|||
|
16.12.2008 14:10:58
|
|
||
|
Зашел вот в редакцию, чтобы сюда еще пару текстов запостить.
Новая классика №4 (EMPIRE 04-2008) НОЧИ В СТИЛЕ БУГИПол Томас Андерсон даже когда поет про кровь и нефть, просит уважать члентекст: Владимир Захаров Еще год назад любой разговор о Поле Томасе Андерсоне был похож на телепередачу о забытых рок-музыкантах 90-х. Скромный, но заметный дебют («Роковая восьмерка», 1996), потом прорыв («Ночи в стиле буги», 1997), в конце десятилетия – опера («Магнолия», 1999), провалившаяся в прокате. А за все двухтысячные – «Любовь, сбивающая с ног» с Адамом Сэндлером, фильм, который (если продолжить музыкальную метафору) был, по сравнению с остальным Андерсоном, хорошим альбомом каверов на финские народные песни. Но в этом году вышла «Нефть», которую везде номинировали, кое-где наградили и даже окрестили «Новым «Гражданином Кейном». О «Ночах в стиле буги» в свое время пресса писала не менее восторженно, но до сравнений с Уэллсом не дошло, хотя они напрашивались – режиссеру Андерсону тогда было 27, всего на год больше, чем автору «Кейна», и выпустил он один из лучших современных американских фильмов – с историей, с капитализмом и со злом. |
|||
|
Метки: фаллоцентризм | ПиТи Андерсон | Новая классика
|
|||
|
04.12.2008 19:24:48
|
|
||
|
Новая классика №3 (EMPIRE 03-2008) ПЕС-ПРИЗРАК: ПУТЬ САМУРАЯПредпоследняя картина Джармуша через десять лет стала казаться пророческой текст: Мария Кувшинова
О, Это был своевременный фильм. По Ren TV только что прошла ретроспектива джармуша – он сделался главным автором обязательной программы. В отсутствие интернета никто не знал, что показанный по ОРТ «Мертвец» (абсолютный культ, первая лицензионная кассета в вашей фильмотеке) был освистан в Каннах, а в Америке проходил по списку нелепых вестернов. Посеянные Пелевиным семена япономании взошли сорняками – в Москве массово открывались суши-бары. Кинопроката еще не было, но «нового Джармуша», фильм про пухлого черного киллера, живущего по самурайскому кодексу, можно было увидеть в кинотеатре «Ролан» – без дубляжа, с субтитрами. Кто хотел считать себя самураем и любил сливовое вино, тот вслед за Псом заучивал цитаты из «Хагакурэ». Но тогдашняя привычка все мерить по Тарантино сыграла со многими зрителями «Пса-призрака» поучительную шутку – гангстер с философией показался второстепенным персонажем «Криминального чтива» (а заодно – все того же Пелевина). Копаться в смысловых слоях было скучно, расовые вопросы отечественной публике были еще не особенно интересны. Индейца Никто посчитали забавной самоцитатой из «Мертвеца» (он появляется в «Псе-призраке», чтобы услышать – черные и красные это одно и то же, и повторить свою коронную реплику «Тупой белый ублюдок!»). Разговоры Пса с его франкофонным другом-мороженщиком (Айзек Де Банколь впоследствии сыграет «гордого ниггера» в «Мандерлее») казались не столько метафорой, сколько комическим приемом, впоследствии многократно воспроизведенным другими режиссерами (Рогожкиным в «Кукушке», например). |
|||
|
Метки: Джармуш | Новая классика | журнал
|
|||
|
02.12.2008 20:10:37
|
|
||
|
Новая классика №2 (EMPIRE 02-2008) СВЯЗЬИз дебютного фильма братьев Вачовски выросли и «Матрица», и грядущий «Спиди-гонщик»текст: Мария Кувшинова В каждом списке «лучших лесбийских сцен», сколько их ни есть на этом свете, фигурирует «Связь» – фильм про то, как воровка и шлюха наказали мужчин из мафии на два миллиона долларов. Первый номер в режиссерской фильмографии Энди и Ларри Вачовски, эта картина была поставлена на слабо – продюсеры Дино Де Лаурентис и Джоэл Силвер рискнули шестью миллионами, чтобы проверить самородков из Чикаго, мечтающих сделать «Матрицу». Братья пришли в кинематограф, как многие приходили в него в 90-х, – с улицы, без приглашения, имея при себе лишь пожизненный опыт чтения комиксов и пару гениальных сценариев. Работали они плотниками. |
|||
|
Метки: гомосексуализм | Вачовски | журнал | освобождение женщины | Новая классика
|
|||
|
02.12.2008 14:38:48
|
|
||
|
Вот из любимой рубрики Маши Кувшиновой. Новая классика №1(EMPIRE 01-2008)
ТВИН ПИКСНе прошло и 20 лет, как на DVD выходит полная версия величайшего телесериала на свете текст: Роман Волобуев
Разбирая наследие «Твин Пикса», принято говорить массу ритуальных слов про целлофан, кофе и пончики, но в итоге заслугу Дэвида Линча перед современным ТВ сводят к двум пунктам. Во-первых, считается, что именно он поднял планку визуальной культуры в сериалах – до Линча американское телекино технически выглядело не сильно лучше «Бандитского Петербурга». Во-вторых, он доказал телевизионным начальникам, что пресловутая weirdness, «странность-жуткость-дикость», которую с телевидения традиционно гнали метлой, на самом деле – вполне маркетируемый продукт. Недолгий, но оглушительный успех «Твин Пикса» не только открыл дорогу «Секретным материалам», сериалам про похоронные бюро и, разумеется, – пресловутому Lost. Он задал вектор движения всей американской сериальной индустрии, которая сегодня радикальней, мрачней и в целом куда ближе к искусству кино, чем спеленутый маркетологами в угоду подростковой аудитории большеэкранный Голливуд. В России культ «Твин Пикса» случился на три года позже, чем в остальном мире: растворимый кофе с агентом Купером на банке появился в московских бакалейных в 92-м, сам сериал запустили по «Останкино» в конце 1993-го. Три года – небольшой срок, но за это время «первая в истории сюрреалистическая мыльная опера» успела благополучно закрыться из-за низких рейтингов, придумавшее ее творческое содружество Дэвид Линч/Марк Фрост распалось, не поделив славу, сделанная на французские деньги (и бойкотированная обиженными на режиссера главными героями) киноверсия была освистана в Каннах и провалилась в прокате – а сам Линч сгинул из телевизора и из кино на пятилетку с лишним («Шоссе в никуда» выйдет лишь в 1997-м). Об этих грустных событиях у нас мало кто знал – интернета не было, подписка на«Нью-Йоркер» относилась к области ненаучной фантастики. В итоге «Твин Пикс» сработал как запоздавшая передача с другой планеты. Зазор в три световых года дал русским искусствоведам счастливую возможность сходить с ума на тему орнитологических мотивов в творчестве Линча и бесконечно спорить о том, что именно предвещают миру трубы лесопилки Пэккарда – конец света или всего лишь конец искусства, каким мы его знаем. Если бы кто-то тогда взял на себя смелость сказать, что мир идет своим чередом, а лесопилка сгорела даже не из-за бездушного телевизионного хозрасчета, а потому, что сам Линч, попав на обложку Time (где под его физиономией было написано просто – «гений»), зазнался и бросил свое детище без присмотра, – этого человека в соответствии с любимым культурологическим каламбуром тех дней наверняка бы линчевали. Должно быть, именно поэтому в России (как и во Франции, где на Линча принято молиться) «Твин Пикс» понимают правильней, чем в стране производства: не как аттракцион, который можно выключить, когда по другому каналу начнется что-то поинтересней, а как окончательный и бесповоротный культурный опыт, рассказ об истинном положении вещей на свете – священный телетекст, подлежащий не столько разбору, сколько трактовке. |
|||
|
Метки: Новая классика | Линч | журнал
|
|||


